Соломатин Борис

Легенда о несчастном народе

            С утра опять какой-то безумный ломился во двор. Прибежал дворецкий, говорит: «Барин! Там какой-то оборванец ломится в ворота, говорит, что Димитрием кличут и что он истинный фотограф, а Вас, барин, надо бы на кол…» Я спросонья понять ничего не могу: кто такой, откуда. Говорю: собак спустите… А собаки у меня − помесь крокодила и гиены, порвут любого. Ну, я просто так сказал, пошутил, а дворовые ? вот дураки! − все буквально поняли, исполнительные они у меня, порол их часто и не зря, видимо. В общем, погнали его мои псы, и крики несчастного меня таки разбудили. Разбудили, и ладно, надо и в город выйти, пару шедевров создать. Пока девки вокруг меня танцевали, я принял ванну, позавтракал и, натянув кафтан попроще, отправился за славой со своей верной камерой вместе!

            Иду, лето, зелень кругом, президент кортеж свой остановил, старушку через дорогу пропускает, в небе пузырь летающий маячит: опять граф Фарид чудачит ? то в небо вознесется, то под воду залезет. Наследники ждут не дождутся, когда он или с пузыря своего навернется, или под водой застрянет. Но граф не из таких, ловок больно. Говорят, поэт где-то у него живет. В подвале заточил, наверное, ну да мне не до него, мне свое дело делать надобно.

            Так бы день и прошел впустую, если бы не вышел я на станцию Белокаменная и не решил бы отдаться красоте железной дороги. А вот и поезд, скоро влекомый удивительной паровой машиной. Не знаю, как Вы, но лично я подхожу к съемке движущихся объектов очень ответственно. Заранее обхожу возможные точки, выбираю лучшую, занимаю позицию… Но в тот самый момент, когда уже вот-вот появится железный конь, начинаю метаться между ранее выбранными местами. В результате снимок получается со случайного места, со сбитыми настройками, и я, страшно матерясь, отправляю его в корзину. Так вышло и в этот раз.

            Критически рассмотрев кадр и поняв, что опять лажанул, я всё же решаю его исправить. Надо сказать, что я человек прогрессивный и понимаю, что, конечно, лапти − это и к природе, и к корням ближе, но удобнее все же ходить в кроссовках. Поэтому включаю свой электронный прибор и начинаю править то, что сам испортил. Добавляю несколько неприметных деталей: машиниста, город вдали − и распускаю паровые усы, увеличиваю количество вагонов.

            Радуясь результату, отсылаю лучшему другу и известному критику.

- Ну как? - спрашиваю с замирающим сердцем, ожидая шквала похвал.

-УГ, – слышу в ответ.

- Как?!

- А вот так! Неинтересно! Вот если бы твой паровоз дымил бы на фоне неба, а сзади бы все горело и взрывалось, вот было бы здорово. Вспомни легенду! – говорит он.

И я вспомнил легенду о проклятом народе, каждое поколение которого предавало идеи своих отцов и сжигало за собой мосты, уезжая, как им казалось, в светлое будущее, но на самом деле превращаясь в призраков без корней и истории. Говорят, и сейчас в самые темные ночи, когда бушует непогода, можно увидеть, как несутся они в своем призрачном поезде то ли в коммуну, то ли еще в какую хрень…

            Я вспомнил и засел за работу. Проходили дни, недели и годы, а я не выходил из кабинета. И вот работа закончена, пора к президенту за заслуженной наградой. И мне дали ее! Народ рукоплескал и бесновался от восторга, а в небе носился летающий пузырь графа Фарида…

Текст писал: Николай Грамота

Текст правила: Нина Гулиманова

1766     создана 25 jul, 2013

   14